Почитать:

Buy my art

про Хвоста 2

про Хвоста - Алексей Хвостенко
про Хвоста
Недавно вышла большая книга воспоминаний об Алексее Хвостенко, написанная коллективом авторов. 
Тв. переплет, 500 стр., изд-во: Пробел-2000, 2010.
Продолжение моих воспоминаний из этой книги.

 

 

 

Как человек возраста моих родителей может быть настолько своим? Просто другом, единомышленником, человеком, с которым можно поделиться чем угодно? Как он может быть хулиганом больше, чем мы все, вместе взятые, причем без нарочитого эпатажа, как у Гаркуши? Быть таким музыкальным гурманом, как Колик, без музыкальной грамоты? Как этот человек, «криво» подыгрывающий на коленках, может подавлять тебя своим внутренним качем и с кайфом вести за собою, как Борюсик? С таким музыкальным полетом фантазии, как у Федорова, хотя поет написанные кем-то мелодии. Быть пронзительным такой неповторимой искренностью, обхаживая совершенно формальную идею или заимствованную мелодию? Он тут же возглавил всю нашу шайку. Собрал со всех сердца под залог, положил их в авоську (люди в 70-х носили вещи в такой сеточке) и смылся к себе в Париж, вернее, никуда из него и не уезжал, а это мы отправились восвояси, такие растерянные и «бессердечные». Только не подумайте, что всех и сразу. И наповал.

Нет. Например, мне понадобились годы, чтобы понять и принять Хвоста. То ли в этом злую шутку сыграла моя черта не любить все, чем восхищаются массы людей вокруг, то ли моя обостренная нелюбовь к бардовщине и ее носителям? В общем, я продержался до момента первого исполнения «Скелета» в сквате, так назывались отвоеванные художниками Парижа брошенные фабрики, приспособленные ими под свои мастерские и галереи. «Скелет» – это песня «Идет скелет, за ним другой, а кости пахнут анашой».

– Зачем ты поешь народные песни? – спросил я Хвоста. – Ведь у тебя столько своих.

– А она не народная, она моя, – ответил, улыбаясь, Хвост, чем сразил меня наповал. Ну, а потом эта его фраза –“Я не приеду в Ленинград, пока его не переименуют обратно в С.Петербург”– и исполнение этого обещания? Разве это может кого-либо в Питере оставить равнодушным? С этого и началась наша работа, а с ней и дружба.

После концерта Хвост пригласил нас к себе домой. Надо прямо сказать, что мое представление о квартире в Париже образца 1989 года было весьма далеко от реальности. Мы шли по какому то бомжатнику, наверное, в то время так я представлял себе широко известный по советским газетам Гарлем. Облупившиеся стены, узкие, вонючие проходы, упирающиеся в узкие, занюханные двери, похожие на вход в крысиное логово, в общем, –  французский Оливер Твист образца 20 века. Повсюду мелькают темные личности, не только в прямом, но и переносном смысле. В общем, я чувствовал, что этой ночью мне будет очень трудно сохранить в девственности облик советского музыканта, так сказать, «облико морале». При подъеме по крутой и узкой лестнице, похожей на черный ход в мою квартиру на Петроградке, неожиданно образовалась пробка на третьем этаже. Это какой-то негр облюбовал себе ступеньки, ведущие в квартиру Хвоста, себе на ночь, и обойти его не легко. Что и понятно – нормальные люди в первом часу ночи уже спят, даже если ночь их и застала на ступеньках, а не шарахаются по ним, ступенькам, вверх и вниз. Поэтому парень решил снять с нас небольшую мзду. Очень по-дружески и, даже я бы сказал, вяло, в стиле бизнесмена, а не униженного просителя он стал нас уговаривать дать ему денег на вино, показывая на газету с разложенной там снедью.

– Он не просил у меня на пропитание, а просил на выпивку!  – не унимался я, объясняя Хвосту, что меня больше всего поразило за сегодняшний день.

– Вино во Франции – не роскошь, а прожиточный минимум. Не воду же ему пить? К тому же вода стоит дороже.

И ведь Хвост не преувеличивал, уже на следующий день не верующий на слово Борюсик сходил в Корефур и купил там 5-ти литровую бумажную коробку с молодым вином по цене меньшей, чем вода.

– А попить из крана нельзя? – не унимался я.

– Он же может так отравиться, – заботливо и терпеливо объяснял Хвост.

Что русскому хорошо – немцу смерть!

А французу тем более.

 

 

Но главное, чему я обязан своим близким знакомством с Хвостом, – это машина Вольво. Из первой же поездки в Германию – все это происходило за 2 дня до ее объединения – я привез машину. По счастливой случайности, это оказалась Вольво. В то время я не имел никакого представления не только о Вольво, но вообще о машинах.  Хотя у меня были права, ничего, относящегося к вождению, я делать не мог, разве что быть штурманом. Все решил мой бюджет в 500 марок и совет нашего немецкого менеджера. Но это была не только первая и единственная машина в «Аукцыоне», кстати, на долгие годы, но, как нам иногда тогда казалась, единственная в Ленинграде, потому что нас все время стопорило ГАИ.

– Какие-то проблемы?

– А эта машина как называется? А можно я посмотрю? – интересовались только одним встречные гаишники. Видимо, мы сделали такую хорошую рекламу фирме, что буквально через 2 года все наши городские чиновники пересели на Вольво.

Была поздняя осень 91-го. К нам приезжал Хвост, а возить его было некому…

(Продолжение следует)

You are not the only student in search of help with an essay. It’s difficult for you to know what topic to do and the best way to organize your essay. Essays are one of the first impressions a professor has of you therefore edugenie net if you’re not certain which direction to take, try studying an essay outline or buying an eBook. These books are loaded with relevant information and designed for students of all levels of their studies. Here are some of the most effective essay tips: