Buy my art

про Хвоста 4

про Хвоста - Алексей Хвостенко
про Хвоста
Недавно вышла большая книга воспоминаний об Алексее Хвостенко, написанная коллективом авторов. Тв. переплет, 500 стр., изд-во: Пробел-2000, 2010.
Продолжение моих воспоминаний из этой книги.

Таких  –  не бывает. Поэтому рассказать о нем невозможно, можно только поведать о его отражении, тени, следе, который он оставил в наших душах, о памяти, теперь получившей собственную жизнь в наших воспоминаниях, а через них, возможно, и жизнь в других людях.
Как бы было чудно рассказать всем о таком человеке, как Хвост! Когда я сажусь за чистый лист бумаги с этими намерениями, я ощущаю себя евангелистом. Вот, я Матфей, жадный сборщик налогов, решил описать время, проведенное с лучшим на земле человеком, человеком, севшим одесную с Творцом, а когда-то преломлявшим со мной хлеб… И как я могу передать это свое чувство?

В то утро мы договорились писать голос Хвоста. Как всегда, мы сильно отставали от графика, но с пением нельзя было откладывать, потому что Хвост приехал в Питер ненадолго. К этому времени его расписание, как дно старой лодки, обросло ракушками, я хочу сказать, мелкими и большими делами, и остаться в этом графике, ужесточающемся с каждым днем, становилось все труднее и труднее. Тут три концерта, там поездка в Москву к жене и дочке, а на каждом шагу – бывшие собутыльники и Фаны. А его фанаты не то, что наши сопляки, – это всякие там академики да секретари, иногда еще и союзов, а некоторые творческих союзов! Откуда их только столько взялось, этих союзов, я про такие союзы и не слышал… Им так просто наш Сережа-директор и не скажет: «Пшел». Они все лысые (если мужеского пола) и солидные, эти постаревшие битники и битницы.

Так вот, мы с раннего утра дико торопимся все подготовить к записи, чтобы Хвост не ждал ни секунды, но он не появляется. В общем-то, никто его и не ждал к 8 утра, но…
Мы посылаем Сергея к Хвосту на квартиру, но его там нет. Мы начинаем «подчищать» другие песни, но работа не ладится, потому что все время думаешь о главном: когда придет Хвост? Меня уже начинает изрядно нервировать эта ситуация, и я стараюсь не принимать участия в творчестве, а больше концентрируюсь на технической стороне того, что делает Ленька, но для этого в студии есть оператор, и я ему не конкурент в этом деле…

Проходит еще пара часов, я уже чувствую, что мне надо с кем-то об этом поговорить, иначе я все выскажу Хвосту…
Тут появляется Хвостик, и я тут же забываю обо всех своих невзгодах и переживаниях, все это ожидание теперь представляется мне лишь прелюдией к настоящему пиру эмоций, лишь временем для подготовки к чему-то настоящему, даже великому, если хотите! Это не преувеличение, это то, что просто физически можно почувствовать, когда Хвост рядом, и причем для тебя лично. Думаю, что все рядом с ним прибывают в уверенности, что Хвост здесь сейчас для них, лично для них одних и никого более. И это так приятно.

И по сей день, когда я иногда нахожу это чувство в закоулках моей памяти, я вдруг ощущаю себя счастливым, и мне кажется, что Хвост вернулся. Впрочем, он для меня никуда и не уходил. Он по-прежнему сидит в этом мягком кресле, которое я ему с любовью устроил в моем сердце, и ухмыляется…
Так вот, о чем это я? Где-то к часу дня появляется Хвост во главе довольно веселой компании. Даже лучше сказать,  не веселой, а «навеселе». Казалось бы, еще утро…
Хвост отправляет всех в заднюю комнату, а сам устало усаживается в кресло.
Мы начинаем быстро сматывать удочки, я имею ввиду провода, убирать комбики и гитары, чтобы не заводились в унисон… Как вдруг я замечаю, что Хвоста нет. Я в эту комнату, где его Фаны, – там нет, я в панике – в коридор…
А навстречу мне Хвост. От него пахнет табаком, ведь в студии нельзя курить. У меня отлегло от сердца, я опять в прекрасном настроении и готов переносить любые «невзгоды» годами (вернее, еще один день)…

Хвост говорит:

– А что, Димочка, может, перейдем на другую сторону Крюкова канала, я вчера там такой хороший коньяк с кофе пил?

– Ты же знаешь? Я бросил. Но ты иди, я что-нибудь придумаю.

А что я придумаю?  Никто, кроме меня, и не беспокоится. Хвост на месте. Студия на месте. Солнце светит.  Даже если на улице идет дождь, нам об этом в студии неизвестно, а когда мы выйдем ночью, будет не до того – так устанешь за целый день, что хоть дождь, хоть град, – все благо для сморщенных от звука ушей, все благодать  от проведенного с Ним времени.

(Продолжение следует)